Dimko1 Опубликовано 2 апреля, 2010 Жалоба Опубликовано 2 апреля, 2010 Вот ведь, иногда так мучит совесть, что невольно задумываешься... Открыл любимого Веллера, чтобы успокоиться и разобраться... "Совесть. 1. Без совести жить, конечно, легче. Ничто не грызет, не мешает действовать в собственных интересах. С точки зрения достижения внешней цели - совесть нерациональна, антипрагматична. Да если человек хочет добиться чего-то значительного - на фиг ему совесть, нужен расчет. Наличие совести означает, что кроме удовлетворения личных эгоистических желаний человеку свойственно и потребно что-то еще. 2. Совесть часто понимают как "голос морали внутри нас". (См. "Мораль".) Но этот странный голос подает свой голос совсем не всегда, когда, казалось бы, мораль должна взывать к человеку. Этот голос звучит как-то избирательно! Вот иногда человеку глубоко наплевать на аморальность поступка, предстоящего или уже совершенного. А иногда мучиться начинает. Как так? Обокрал десять человек - и хорошо: прибыль и удовольствие. А одиннадцатого жалко стало. Не то он бедный, не то трогательный какой-то, не то человек хороший... да нет, и другие были не хуже, но горе вот этого именно человека тебя достает. И вдруг понимаешь, что ты бы хотел, чтоб этому человеку было хорошо, сочувствуешь ты ему, а своим поступком не очень доволен. То есть. Совесть руководствуется не какими-то моральными конструкциями, а конкретным чувством. И это чувство в одинаковых ситуациях может проявляться по-разному. Так-так-так. Совесть проявляется на уровне личных симпатий. Вот симпатии уже могут быть разными: сильнее и слабее, к одному человеку или ко многим, к знакомым или незнакомым. Если человек неприятен и силен, можно ему в своих интересах и на голову наступить. А если приятен и слаб, так и нехорошо как-то подломаку ему делать. 3. Совесть - это самоограничитель силы. Я могу сделать тебе то-то и то-то нехорошее - умом, хитростью, ловкостью, связями, положением, жестокостью. Но внутренний голос против. Жалко мне тебя, нехорошо так с тобой поступать. Ограничитель, понятно, не силы вообще - а.тех ее проявлений, которые направлены против интересов других людей. И животных, кстати, тоже. Обидишь иногда меньшого брата, беззащитного перед тобой - и жалко его потом, и совесть мучит. И что характерно - на о хоте застрелил, и ничего. А дал пинка собаке не по делу, или лошадь избил - и не знаешь потом, как извиниться перед бессловесной тварью. Вот как. Можно убить - и совесть не мучит. А можно обидеть - и совесть мучит. Неадекватное у нее отношение к действительности, у этой совести. 4. Но в более общей форме, совесть - это просто позыв к добру. Добром может быть и несовершение плохого поступка, и совершение хорошего. Можно не подать нищему, не помочь в беде другу, и тогда совесть будет мучить потому, что не сделал возможного добра другому. Опять же: один нищий тебе противен, а второй - трогателен. Им равно плохо, умом это понимаешь. Но совесть больше подает голос насчет того, который затронул твои чувства. 5. А как тут определяется, что есть добро и что есть зло? А по собственным представлениям, ставишь себя на место другого. И нередко в этом прокалываешься. Если речь идет о сохранении жизни, о деньгах, любви, карьере - эти ценности достаточно одинаковы для всех. А вот один мой друг купил нищенке, просившей на хлеб, батон - так она этим батоном в лужу запустила: она сшибала деньги на выпивку. Можно из лучших побуждений сделать человеку такое, что он тебя до гроба возненавидит. Черт, а ты слушался своей совести... Мы имеем дело с образом другого человека, и к жизни этого воображаемого человека мы неравнодушны. Образ может не совпадать с реальностью. Совесть бывает слепа, как бывает слепа любовь... и вообще чужая душа потемки. 6. Совесть соседствует с такими понятиями, как справедливость, любовь, доброта, альтруизм, жалость, сочувствие. И противопоставляется эгоизму, жадности, жестокости, равнодушию, агрессивности. Ну и что? Это и так понятно. А то, что совесть заставляет свои собственные интересы распространять на интересы других. Это своего рода смазка в отношениях между людьми; это раствор, побуждающий скреплять отдельные камни людских душ в единые мощные постройки человечества. Рациональный смысл совести в том, что люди расходуют меньше энергии, чтобы враждовать друг с другом, и больше - чтобы помогать друг другу жить и таким образом сообща делать общечеловеческое дело. В конечном итоге общечеловеческое дело сводится к энергопреобразованию Вселенной. В качестве промежуточных величин, внутричеловеческих следствий этого, можно говорить о культуре, цивилизации, науке, гуманизме и всяких прочих приятных и красивых вещах. 7. Совесть проявляется в личных столкновениях с другими людьми. Но само по себе количество и качество этих столкновений еще ничего не решает. Снайпер может перещелкать на войне сотню человек, и спать спокойно. А вот человек живет себе тихо и мирно, никого не обижает. Но совесть мучит его потому, что он полагает, вот ощущает так: ему от природы даны и здоровье, и способности, и семья у него хорошая, и в доме достаток, а рядом есть люди нищие и несчастные, как же так: им плохо, а он наслаждается жизнью... несправедливо! Совесть как комплекс вины. А направлен этот комплекс уже может быть на что и на кого угодно. Здесь невозможно провести четкую грань между психической нормой и неврозом, отклонениями. Дело не в реальном положении вещей, дело в твоих представлениях и ощущениях. Да может твои "убогие" соседи в сто раз счастливее тебя! Вот русская интеллигенция с ее больной совестью мучилась комплексом вины перед мужиком - в восемнадцатом году некомплексующий мужик ей показал кузькину мать. Каганович санкционировал расстрел родного брата, а Молотов - концлагерь для любимой жены. И жили до девяноста, и были всегда уверены в своей правоте, и совесть их не мучила никогда. Цельные личности, без комплексов и рефлексий; это вам не Достоевский. То есть. Можно иметь тьму причин для мук совести - а она не мучит. Нет ее. Ну, почти нет. А можно не иметь никаких причин - ну, так отыскать их в чем угодно. 8. Совесть ведет к психологической "сшибке": хочется и того, и другого одновременно. И деньги украсть, и человеку горя не причинить. Поступишь эгоистично - будет мучить совесть. Поступишь по совести - можешь всю жизнь сожалеть о неполученном, более того - можешь возненавидеть человека, ради которого "по совести" сам отказался от чего-то. И вот здесь начинается самое интересное. Казалось бы: вот у тебя есть совесть, и есть эгоистический интерес - ты взвешиваешь, делаешь выбор, следуешь ему, и все отлично! Так нет же! Следуешь совести - и потом всю жизнь можешь мучиться: э, надо было поступать эгоистичнее, надо быть в жизни проще и напористее, все бы потом утряслось, а так - без карьеры, или богатства, или любимого человека. Пожалел, проявил мягкотелость, не сумел быть жестоким и цельным, а тот, ради кого я так поступил, ни фига не стал от этого мне благодарен, и вообще дурак я был!.. А чаще наоборот: поступил как хотел, а совесть не оставляет свои мелкие поскребывания, зараза. В чем же дело с этой рефлексией? Зачем она нужна человеку? Почему и для чего так устроено? 9. Любимый коктейль человечества - это мед с дегтем. Не должно быть сплошь сладко, одновременно должно быть и противно. Нет такой ситуации, которая человека полностью бы устраивала. Всегда еще чего-то хочется, а это значит - надо что-то делать, переделывать, устраивать хоть чуток да иначе. На уровне ощущений это значит: неизменный дискомфорт ощущений, что-то не так, что-то хотел бы иначе. Совесть - один из вариантов этого дискомфорта. Совесть мешает человеку спокойно наслаждаться жизнью. Не "блаженствуй помногу, падла, шевелись, беспокойся, думай, чувствуй, мучься, сознавай свое несовершенство. Ищи выход, размышляй о жизни, дергайся. 10. Как стремление к добру - совесть может быть стремлением к добру воображаемому, ложному, несуществующему. Почему бы Раскольникову и не кокнуть старушку-процентщицу, чтоб потом на деньги злобной и бесполезной твари совершать всякие благие дела? Почему бы и не убить доверяющего тебя короля - если сам ты станешь лучшим королем и совершишь всякие полезные для державы поступки? Рыдающую невесту отобрали у убитого вечным горем жениха и насильно выдали замуж: так родился великий Чингиз-хан, гордость и легенда народа. Была бы у братьев его отца совесть - не было бы на свете Чингиза. Была бы у Давида совесть - не родился бы от Вирсавии Соломон. И вообще была бы у великих завоевателей совесть - не было бы великих государств с их великой цивилизацией и культурой. В больших делах совесть противопоказана. Совестливый человек высоко не влезет, его агрессивность и желание подчинять все и вся своей воле недостаточны для того, чтоб стать великим и править на верху пирамиды. Зато внизу совесть не позволяет подданным уклоняться от всяких тягот за счет других людей. И. И. Совесть - это инстинктивное, подсознательное стремление поступать так, чтоб быть в равновесии с окружающими, чтоб они тебя не обижали, любили, чтоб не имели по отношению к тебе таких желаний, которые тебе неприятны, нежеланны, будут во вред. Ты поступаешь по отношению к ним так, как хотел бы, чтоб они все поступали по отношению к тебе, и тем самым говоришь: я такой же, как вы, я люблю вас, как себя, я не делаю ничего плохого вам, и теперь могу и от вас не ждать ничего плохого. Совесть - это стремление к равновесию с окружающей средой. Это стремление к покою и безопасности. Это противоположность, "противовес" стремлению к опасности, к самоутверждению через возвышение среди себе подобных, противоположность к желанию больших свершений, достижению больших внешних целей. 11. Эта противоположность во многих случаях и обеспечивает человеку диалектическую пару комплексов ощущений: обретение хорошо - с совестью плохо, и наоборот. Чтоб нервная система и получала потребные ей и положительные, и отрицательные ощущения." Цитата
Ящерица Вадим Опубликовано 2 апреля, 2010 Жалоба Опубликовано 2 апреля, 2010 Перечитала. Сильно. Цитата
Dimko1 Опубликовано 2 апреля, 2010 Автор Жалоба Опубликовано 2 апреля, 2010 А вот еще сильнее. О доброте. Я сначала даже опешил. Но хоть и спорно, а ... В общем, судите сами. "Доброта. Все знают, что быть добрым - хорошо. Еще все знают, что добрым людям живется плохо и трудно. Пользуются и часто злоупотребляют окружающие их добротой. Несправедливость жизни, понимаешь. Что такое доброта? Это способность принимать чужую нужду в сферу собственных интересов и действовать добровольно и бескорыстно в интересах другого человека. Как бы чужая нужда становится своей собственной. Понятно, что есть разные степени доброты. Попросту говоря, любая доброта имеет свои границы. Легко быть добрым, если чужая нужда никак не ущемляет твою собственную. Ты богат, а явно нуждающийся человек робко просит у тебя десять рублей. И ты даешь - не чтоб он от тебя отцепился, а из искреннего сочувствия. Недельную зарплату ты уже незнакомому человеку просто так не дашь, самому надо сводить концы с концами. Эта мелкая бытовая доброта твоих интересов, в общем, никак не ущемляет - даже наоборот, наряду с вежливостью и приличными манерами облегчает общение с окружающими, подобно смазке детали в механизме. Они довольны, ты собой доволен, жить лучше и легче. Здесь не приходится делать выбор "или - или" между своим интересом и чужим. Поэтому говорят часто о доброте сильных и талантливых. Да отчего ж не сделать добро другому, если у самого и так все круто в порядке. Даже приятно лишний раз ощутить свою значительность, решив трудные для другого проблемы "почти без отрыва от производства": знай наших, будь здоров. Набить кому морду, помочь в работе, подкинуть деньжат: вот такой я хороший и здоровый парень, если что - обращайся, все в жизни сделать можно. Здесь доброта не лишена отчасти аспекта самоутверждения: "могу и делаю, я значительнее тебя". А потери времени и труда сравнительно невелики, не принципиальны. От такой доброты у тебя, в общем, ничего не убыло. Поэтому, кстати, и существует старая поговорка "Ни одно доброе дело не остается безнаказанным". Человека самолюбивого может ущемлять, что он оказался менее значителен, чем его благодетель, и по ситуации зависим от него. И, мелкопузый, не в силах отплатить равной мерой добра - он может стремиться (даже подсознательно) освободиться от психологической зависимости и доказать сбою значительность, отплатив за добро злом. Я не могу тебя спасти, как ты спас меня - зато смогу тебе такую подломаку устроить или вообще погубить, что и тебе, и мне ясно будет, что я тоже очень значителен и даже значительнее тебя. Ты за меня поручился и устроил на работу в свой отдел - я на тебя напишу донос и сяду на твое место. Боже, сколько было подобных случаев! Так что если ты силен, талантлив, богат, - твори добро с оглядкой, милый... смотри, с кем имеешь дело. От десятирублевой доброты перейдем к сторублевой - то есть к такой, где уже размеры чужой нужды соизмеримы со своей собственной; здесь ты уже поступаешься чем-то ощутимым. Вместо того, чтоб отдохнуть выходные на рыбалке, скажем, вкалываешь за камрада, у него жутко важное любовное свидание. Тут что получается? От того, что в эти самые минуты в Африке неизвестный тебе человек умирает от голода, ты от обеда не отказываешься. Всех не накормишь, а самому кушать надо. Но если голодающий рядом, а больше кругом никого, то свой обед ты ему безусловно отдашь: ему нужнее. Ты и так обойдешься, ничего страшного. Так вот, значит. "Условно недобрый" человек всех окружающих с их нуждами норовит зачислить в разряд безвестных голодающих Африки: всех не пережалеешь и не облагодетельствуешь, а своя жизнь одна, и прожить ее надо так, чтоб всего ухватить. А "условно добрый" к нужде всякого встречного-поперечного, коли она серьезна, готов подойти с меркой: "кому это нужнее - ему или мне?". Друг, товарищ и брат. Истинно добрый человек способен уступить другому очередь на бесплатную квартиру, лучшее рабочее место, вообще что-то нужное и важное, что существует только в одном экземпляре на них двоих - если сочтет, что другой имеет на это больше прав или более нуждается. Он честно взвешивает нужду другого и собственную на одних весах - и честно делает выбор в пользу справедливости. Он вообще привык брать себе за столом меньший кусок. Вот тут ему и хана. Вот тут его и взнуздают, оседлают, затянут подпруги и начнут ездить верхом. Потому что всех, да, не пережалеешь. Всегда найдется тот, кто беднее и несчастнее тебя. И чем выше ты поднялся - тем шире толпа более нуждающихся. Но опасение это напрасно - добрый человек не поднимется высоко нигде, где есть какая-то конкуренция - а она есть везде. Богат? - разорят. Сильный? - уговорят. Талантливый? - ограбят. Доброго человека всегда используют менее нравственные окружающие, которых всегда полно. И чем ты добрее и честнее - тем менее нравственны окружающие относительно твоего совершенства. А "условный идеал" доброты - это вообще отдавать все по первой просьбе и без просьб. Вот Святой Мартин отрезал прокаженному нищему половину своего плаща - а ведь мог бы отдать весь. Был бы, вероятно, еще святее. Но даже отцы церкви сочли, что половины плаща достаточно. И вот добрый человек часть своей жизни (в форме времени, денег, труда, имущества или еще чего) отдает просителю (вымогателю, проходимцу, нищему, сослуживцу, другу). Он, может, и не собирался это делать, но он же добрый, его уговорили, объяснили, доказали, разжалобили - он проникся и поставил чужую нужду выше своей. То есть - доброта отчасти сродни слабохарактерности. Очень часто добрыми называют людей, которых легко уговорить поступить вопреки своим интересам в интересах других. Есть ли грань и различие между добротой и слабохарактерностью? Различие есть - грани нет. Все-таки добрый человек в разбойники не пойдет и прохожих резать не будет, а слабохарактерного друзья могут уговорить. (Потом мать на суде рыдает: "Да он всегда был такой добрый, мухи не обидит, это дружки все сбили с пути!..") Слабохарактерный человек легко уступает внешнему давлению, и тогда уже может поступать против собственных интересов. Слабохарактерность можно считать "наведенной", "локальной" добротой - убедили человека принять чужую нужду как собственную, а фактически - подчинили. Слабохарактерный идет по линии наименьшего сопротивления: ему легче отдать свое, чем отстаивать. Добрый отдает добровольно - но границы этой добровольности не существует: его можно разжалобить, убедить опять же, да и просто ему непереносим вид чужих страданий, а изобразить страдания всегда можно ("пользоваться добротой"). Суть одна - принятие чужой нужды как собственной. Слабохарактерный человек способен на зло - а добрый, очевидно, нет, даже если его будут очень просить, плакать и умолять, например, поступить в палачи. Да? Внимание! Добрый человек впиливается в ситуацию: из двух зол надо выбрать меньшее. А это в жизни на каждом шагу, тут никуда. Чистый опыт: надо оставить на смерть арьергард, чтобы связать противника боем и спасти, увести остальных солдат. Как нельзя более обычная на войне ситуация. Сам с арьергардом остаться и умереть не можешь: обязан командовать остальными. Арьергард помирать не хочет, жить всем охота. Будь ты трижды добрый, а людей на смерть посылать надо. Можно, конечно, застрелиться и тем снять с себя груз проблемы, но это ничего не изменит. Что сделает "идеально добрый" человек, идеально свободный в своих действиях? Он договорится с противником: ребята, хрен с вами, мы отдаем вам такую-то территорию, принимаем такие-то ваши условия, платим репарации, но убивать больше никого не надо, уж очень это ужасно, неприемлемо. Лучше уж будем мирно и по возможности дружно жить под вами, лады? Хана армии, хана государству, ужо в рабстве нахлебаетесь счастливой жизни. В жизни разные нужды разных людей вечно противоречат друг другу, и быть добрым для всех невозможно. И противоречия решаются через того или иного рода суд, от внутреннего до уголовного. И суд этот руководствуется справедливостью, оформленной в закон. А закон отнюдь не добр - "закон суров, но это закон", чеканно и на тысячелетия сформулировали римляне. И в этом суде, как ни верти, добрый человек - адвокат, а не прокурор. И возникает другая сентенция: "Добро должно быть с кулаками". Знакомо, да? И маузеры добрых чекистов начинают работать по подвалам, потому что чекисты очень-очень добрые и сжигают себя на тяжкой и грязной расстрельной работе, ставя выше своей личной нужды в хорошей жизни - счастливую жизнь всего грядущего человечества. Как только мы оправдываем конкретное сегодняшнее зло стремлением к абстрактному завтрашнему добру - само понятие доброты теряет смысл и превращается в пустую софистику и словоблудие. Можно ли назвать добрым палача, который не мучит казнимого, а убивает сразу и безболезненно? Не будет добрый человек палачом, и все всегда это знали, и отношение к этой профессии всегда было соответствующее. Добрый человек скажет: "Не могу я его, беззащитного, хоть и гада, убивать... ну его к черту, пусть живет, скотина". И что? И гады будут дальше резать невинных и жить себе. Я не противник смертной казни. Я противник того лишь, чтобы считать смертную казнь актом доброты. Справедливости - да, целесообразности - да, но доброта тут ни при чем. А если тебя семьи убиенных просят казнить убийцу - как же их праведная нужда в справедливости, противоречащая отчаянной нужде осужденного пожить еще? Что делать в такой ситуации доброму человеку? Отвечаю: добрый человек в такой ситуации сойдет с ума. Но таких добрых людей практически нет, и с ума тут сходят весьма редко. А человек "нормально" добрый пусть выдаст убийцу родне убитого - казните сами, ваше святое право. Что часто и делалось. Я гну вот к чему. Любое действие в жизни рождает противодействие. Все новое рождается в борьбе со старым и так далее. И что бы ты ни делал - обязательно наступишь кому-нибудь на хвост. Уже самим фактом своей удачи, открытия, нового слова, красивого и хорошего супруга, интересной работы, богатого дома - у тебя есть то, что могло бы принадлежать другому, или принижает другого. Твое мнение чьему-то противоречит, твой глоток воздуха мог бы вдохнуть другой. И всегда найдутся люди, которые скажут: я не хуже тебя, дай мне то, помоги мне в этом, уступи мне се, поступи по-моему, иначе мне плохо. "На", - скажет добрый человек, и останется никем и ни с чем. Доброта есть аспект слабости. Ибо добрый человек все противоречия между собой и окружающими решает в пользу окружающих - он принимает их нужды как свои и следует им. Вся история прогресса в определенном аспекте есть история подавления победителями интересов побежденных. Централизованные государства, без которых невозможно развитие культуры и цивилизации, давили интересы отдельных людей: плати налоги! иди в армию! строй пирамиды! подчиняйся власти! не противоречь! а для несогласных - тюрьма и плаха. А иначе невозможно... Добрый же король, кот Леопольд, призывающий жить дружно, - открывает народу амбары, распускает рекрутов из армии, уменьшает налоги до предела - и захиревшее государство погружается в смуту, разруху, исчезает. Вот зараза. Учтем и запомним простую вещь: делать добро не означает быть добрым. Как? А вот так. От государя, скажем, требуется, чтобы подданные процветали - вот его задача, вот его добро. А для этого необходимо ему железной рукой сокрушать захватчиков, давить, заговорщиков, вешать воров и понукать бездельников, чтоб общее добро зря не прожирали. А иначе ухватистые авантюристы растащат все по своим уделам, и корми голодных своей добротой, пока не вымрут. На пять веков заложил Цезарь все основы процветающей Римской империи - а был взяточником, клятвопреступником, карьеристом и головорезом. Добрым людям в больших делах ловить нечего. Привет от всех крупных политиков - крутые были ребята, и пробы на них ставить негде. Тут вот еще какая штука. Если человеку ничего такого особенного в жизни не надо - ему легче быть добрым, т. е. следовать нужде другого, отдавать ему свое время и силы. А если он горит своей целью - отвлечения от пути к цели ему несносны, цель ему дорога, он ей всю жизнь подчинил, и поступаться ею ох не хочет. Доброта - обычно аспект вялости и бесцельности. Тот, кому безразлично, что делать - при прочих равных скорее откликнется на нужду другого, чем фанат своей идеи, пашущий на нее день и ночь. Обычно добрые, истинно добрые люди - весьма заурядны и ничего такого в жизни не добиваются. Не шибко хотят, не очень и могут: энергетический заряд не тот. Добрые (и слабохарактерные) люди - обычно таковы большинство алкоголиков. По трезвянке - славные и порядочные. Да вот ничего им особенно не охота. Такие люди, помогая другим, даже приободряются, подзаряжаются энергией других, мелкая промежуточная цель в жизни появляется, жить им делается интереснее. Если человека распирает энергия свершений и он отчаянно самореализуется через свои дела - ему как бы некогда быть особенно добрым. Поделиться без ущерба для себя еще можно, а ход свой замедлять ему несносно. Может, он телефон изобретает, или лекарство от СПИДа - для блага человечества. А сам сука честолюбивая и жадная,- талантливая, правда. А начнет быть добрым и всем помогать - и ни хрена не изобретет. Доброта - это собственная энергия, пущенная в чужие русла. Излишек - пожалуйста, а если много выходит - задумайся о том, что твоя жизнь неполноценна, что ты не знаешь, чем толком в жизни заняться. А сила действующая и созидательная вечно отдавливает пальцы тем, кто оказывается рядом. Такое дело... Но. Но. Но... Всегда, однако, добрые люди ценились и почитались. На частном житейском уровне, вне политики и великих свершений, доброта всегда была вещью хорошей и желанной. Э? Первое. Каждый хотел бы иметь вокруг себя побольше добрых людей. Добрый человек - благо для тебя, с тем и ассоциируется. Второе. Добрый человек увеличивает твои силы и возможности своей помощью. Еще бы он тебе не нравился. Третье. Доброта окружающих смягчает их же эгоистичность, противоположностью которой является. Среди стопроцентных эгоистов жить уж вовсе мерзко и непереносимо, ну до костей же обгрызут. Если вовсе никак не вникать в нужды друг друга, так и вообще выжить невозможно. Человек все-таки существо стайное. Четвертое. С точки зрения уже доброго человека. Через доброту (а она сродни великодушию) человек внутренне самоутверждается: я могу сделать другому то-то и то-то, я могу другого осчастливить, я могу сделать другому то, чего он не может сделать сам, или даже вообще никто не может, - я довольно значительный человек. Мне это приятно, желанно. Пятое. Я хороший человек. А это не каждому по плечу. Я могу то, что довольно трудно: оторвать от себя и дать другому, это значительный поступок; и ощущения от этого неслабы и приятны, опять же. Шестое. В человеке, которому я делаю сейчас добро, я люблю это самое добро, и жизнь моя от этого в общем делается богаче и лучше. Недаром же мы обычно лучше относимся к тем, кого облагодетельствовали, чем к тем, кто облагодетельствовал нас. Все то же, что всегда: эмоции и поступки, и стремление к ним. Отнять у себя и дать другому - это и отрицательные ощущения потери, и положительные ощущения своей значительности, и поступок как результат и одновременно источник ощущений. Ведь если двое делают что-то каждый для себя - или каждый для другого, - это не одно и то же. Внешний результат один, а внутренний - разный; дать и принять - гораздо больше, чем сделать себе. Доброта - это распространение "напрямую" своих ощущений, помыслов и действий на других людей, - т. е. все то же самое пресловутое увеличение своей значимости в этом мире. Доброта - это то, что как бы скрепляет и цементирует отдельных людей в человечество - не на уровне конкретных и реальных связей через поступки и взаимные услуги и их действия (я охочусь - ты варишь, я пашу - ты строишь), а на базовом и исходном уровне ощущений (ты мне, я тебе, мы вместе). В услугах и действиях-то можно ведь и автономии достичь - вот те натуральное хозяйство, и провались все пропадом, как вы мне надоели. Единство человеческой цивилизации организовано не механистически - оно базируется на уровне психологической структуры, к ней восходит. Понятно ли? Не потому вместе, что иначе не выжить; не потому вместе, что это продуктивнее; но - выживание и дальнейший рост цивилизации сообщества обусловлены и обеспечены, на уровне индивидуальной психологии человеческой особи, способностью самостоятель но и добровольно принимать нужду другого как свою собственную - и испытывать от этого положительные эмоции. Ага. Остается только пустячок: как же совместить доброту как слабость и доброту как силу, да? Во-первых, ясно, дело в пропорции: не отдавай другим много, но если вовсе ничего давать не будешь - заплюют, отвернутся, в лес изгонят или убьют в закоулке дворца. Во-вторых, сила индивидуума не означает силы народа или страны: крутых и сильных сейчас, скажем, в России много, а страна слаба (все всех и гложут). И в-третьих: чтоб сильные строили свои высотные замки, нужны добрые, чтоб внизу тоже была человеческая жизнь: в пустыне-то замки никому не нужны. И четвертое: если все будут очень сильными, будет сплошная анархия, резня и развал; для общей силы сообщества излишек индивидуальной силы необходимо сбрасывать, а то котел взорвется и осколки полетят; в ту же доброту, в этом нашем конкретном разговоре, определенный излишек силы и сбрасывается, пускается: кирпичам необходима связка раствором. А уж блок ты гранитный, кирпич, цемент в растворе или вода для него - это вопрос личностный, кто на что годен, кому что. Одни делают свое. И они необходимы. А другие, подобрей и попроще, обеспечивают им возможность делать свое, и тоже живут посильно, и часто даже не так плохо, часто даже лучше по-человечески-то, чем эти сильные, многодеятельные и малодобрые. Такие дела. " Цитата
Ящерица Вадим Опубликовано 2 апреля, 2010 Жалоба Опубликовано 2 апреля, 2010 А вот тут не согласна. Автор подменяет понятия, рассматривая добро через призму способности что-то отдать, а это называется не добром, а милосердием. Для него (автора) не существует других цветов и других качеств, таких как целеустремленность, справедливость, милосердие... есть только черное и белое - добро и зло. Цитата
Dimko1 Опубликовано 2 апреля, 2010 Автор Жалоба Опубликовано 2 апреля, 2010 как же совместить доброту как слабость и доброту как силу, да? А мне кажется, что это ключевая фраза. То есть человек должен быть добрым, но в рамках тех границ, которые не наносят ощутимый вред ему самому. Автор подменяет понятия, рассматривая добро через призму способности что-то отдать А разве нет? Даже если говорить о своем времени. А если ничего не отдаешь, это уж не доброта, а жалость... Цитата
Ящерица Вадим Опубликовано 2 апреля, 2010 Жалоба Опубликовано 2 апреля, 2010 Нет! Дим, когда ты борешься с собой, отдать ли пол зарплаты на доброе дело, это жадность. Когда ты отдаешь эту половину - это не слабость, это милосердие. Когда ты отдаешь только 10 рублей - это жалость. Как можно уподоблять доброту слабохарактерности. Разве добрый, значит слабый, а слабый, значит добрый? Цитата
Dimko1 Опубликовано 5 апреля, 2010 Автор Жалоба Опубликовано 5 апреля, 2010 Кто желает почитать дальше: Добро и зло В неживой природе есть лишь естественные процессы, идущие по естественным законам, и не имеющие отношения к морали вообще и к добру и злу в частности. Извержение вулкана, рождение и гибель галактики - при чем здесь мораль. Добро и зло могут существовать лишь для субъекта - в его восприятии, отношении, оценке чего-то: будь то сторонний процесс или объект, конкретное событие или какой-то общий аспект бытия, или же какие-то собственные черты и особенности. Если извержение вулкана накрывает город - это страшное зло для жителей. А влажная теплая весна и сухая осень - большое добро для крестьян. Если же изъять из этих зон всех людей - плевать тогда на природные катаклизмы и особенности, нет в них ни добра ни зла, природа она природа и есть. Если изъять из мироздания разумную жизнь (отчасти разумными придется счесть и животных...), то вместе с нею исчезнет добро и зло - ибо какая, в сущности, разница, что и как происходит?.. ну, вспыхивают и гаснут звезды, разлетается и усложняется материя - сплошная физика. Вот одна звезда столкнулась с другой звездой - взрыв ужасный! это что, добро? или зло? для кого-чего, с какой точки зрения? А нет никакой точки зрения. В неодушевленной природе, никак не воспринимаемой разумным субъектом, добра и зла не больше, чем в учебнике физики, который вдобавок некому читать. Если попробовать перечислить основные формы добра, получится примерно: справедливость, гуманность, доброта, любовь, счастье, благодарность, богатство, здоровье, радость... Если же к каждому слову прилепить приставку "не", то получатся формы зла. Обычно принято считать, что добро и зло - категории моральные. На самом деле они шире, выходят за пределы морали. Ум, красота, сила, богатство, слава, удача, - эти понятия (добра) выходят вообще за пределы этики. Добро и зло могут принимать совершенно вещественные формы чемодана с деньгами или пистолета. Но сами по себе и деньги, и оружие - ничего не значащие предметы. Добро и зло возникают тогда, когда появляется человек, для которого эти деньги и оружие что-то значат. То есть: они могут как-то изменить его жизнь, будь то объективно - построить дворец и убить врага, или субъективно - наслаждаться сознанием возможностей, которые даются деньгами, и перестать бояться врага. Короче - добро и зло существуют лишь постольку, поскольку они имеют какое-то значение для человека. Добро - это то, что должно быть, для того, чтобы жизнь была хорошей. А что значит "хорошей"? Это не только чтоб мои личные эгоистические интересы были удовлетворены - но и чтоб всем было хорошо, причем чтобы это было справедливо. Можно сказать так: Добро - это счастье плюс справедливость. (Ибо нам могут сейчас заметить, что порядочный человек не может быть счастлив, творя несправедливость или просто мирясь с нею, хотя Толстой честно сказал, что "можно зарезать, украсть, и все-так и быть счастливым", но последнее трудно счесть добром; вот мы и ставим знак "плюс".) Добро - это торжество справедливого счастья. А теперь просьба перелистнуть разделы "Стремление к счастью" и "Справедливость" - и еще раз понять и повторить себе, что ни счастье, ни справедливость не достижимы "вообще": они достижимы в конкретных случаях и на какое-то время, но "принципиальное торжество" их невозможно, потому что они - идеал состояния и идеал отношений, а суть идеала в том, что он отстоит от реальности, "работает маяком", диалектически противопоставляется действительности. Почти любое конкретное добро достижимо, и почти любое конкретное зло можно побороть; разумеется. Победить врага, наказать преступника, освободить родину, добиться любви, заработать денег, накачать мышцы и сделать пластическую операцию. И увенчать себя венцом царя природы, если не будет сильно голову жать. Но. Добро "вообще" - это все то в жизни, что человек полагает хорошим и справедливым. А Зло "вообще" - все в жизни нехорошее и несправедливое. И вот есть в жизни вещи, с которыми ничего нельзя поделать, а человеку они категорически не нравятся. В конечном итоге ему нравится жить и не нравится умирать. А поскольку поделать со смертью ничего все-таки нельзя, то уже по одному этому Зло получается неискоренимо. В принципе само существование понятий добра и зла говорит лишь о неравнодушии человека к миру: что-то ему нравится, хочется, потребно, и в самой общей и абстрактной форме он называет это добром, а что-то не нравится, не хочется, представляется скверным и несправедливым, и он называет это злом. Из чего следует вечное сосуществование и борьба диалектической пары "добро и зло", обсуждение какового тезиса обычно принимает тупую и раздражающую форму обывательского сюсюканья. Предположение возможности "окончательной победы Добра" означает, что таки все уже хорошо, нет больше того, с чем нельзя мириться, нет причин для страданий: ну так можно кончать переделывать мир, чего упираться-то помногу. А конфликты будут только между хорошим и лучшим, ага. "Полная победа Зла" означает то же самое с обратным знаком: просто меняем розовую краску на черную. Подобный наивный бред мы с чистой совестью оставим тупым массам, которые ничего не в состоянии понимать на абстрактном уровне и поэтому нуждаются в простых готовых формулах, служащих им вместо объяснений на все случаи жизни. Догматы религии и официальной морали как раз являются такими формулами. Но почему вообще постоянно заходит речь о "силах Добра и Зла", которые борются в мире, причем человек является ареной борьбы этих сил? То есть Добро и Зло абстрагируются, отделяются от человека и выступают самостоятельно, как бы вне сознательных желаний человека. Во-первых, потому что человек способен творить добро вопреки личным чисто эгоистическим интересам. Значит, делает вывод незатейливый мыслитель, есть какая-то сторонняя сила Добра, которая может захватить, увлечь, подчинить себе человека и побудить его действовать в интересах стороннего, общего, лично ему кровно не-необходимого и даже вредного (жизнь отдать!) Добра. ' Во-вторых - и это основательнее и весомее! - человек способен творить зло, хотя при этом понимает, что творит зло, и более того - этого зла, вроде бы, никто особенно не хотел и никому оно необходимо-то не было. Это относится прежде всего к захватническим войнам, без которых захватчик мог прожить неплохо, к разным формам грабежей, когда грабитель не помирал с голода, и вообще к гадостям, которые не диктовались насущными потребностями гадящего. Значит, заключает незатейливый мыслитель, есть отдельная от человека сила Зла. Так возникают абстрактные понятия, которые при повторении быстро и легко превращаются из понятий в неанализируемые и обессмысленные фетиши, догмы. Так возникает самое простое и понятное объяснение мира: религиозно-идеалистическая космогония с борьбой сил Добра и Зла, которые могут для пущей понятности и простоты персонифицироваться в Боге и Дьяволе и т. п. А религия тут хороша и эффективна тем, что выступает в качестве потребной человеку психотерапии. Первое: человек перестает мучиться непонятным - он получил пару этикеток в качестве объяснения и обрел душевное равновесие, снял нервное напряжение и раздражение: о, вот как устроен мир, ясно, логично, я познал, чего мне и требовалось - оказывается, людьми владеют борющиеся силы добра и зла. Второе: теперь человек может свое желание "всего хорошего" реализовывать в какие-то действия - молиться, совершать обряды, накладывать на себя ограничения, побуждать себя к каким-то усилиям; и ему делается легче, увереннее, спокойнее, а то раньше - желание есть, а что делать для добра (удачи, счастья) - непонятно, это нежелательное, дискомфортное состояние, оно ведет к неврозу. Религия как космогония и психотерапия одновременно. Философия тоже, кстати. Познание вообще имеет психотерапевтический аспект: понять, успокоиться, и знать теперь, что можно делать дальше, чтоб получилось в жизни так, как ты хочешь. Психотерапевтическая функция познанной истины. Чем же плоха религия? Да нет, для верующих ничем не плоха. Но для тех, кто все желает проверить и пощупать, кто решительно предпочитает вере знание, есть одна закавыка. Мы и так-то имеем дело не с миром, строго говоря, а так или иначе с нашим представлением о мире. В религиях же, как и в тех философиях, которые принято называть идеалистическими, мы имеем дело даже не с нашим представлением о реальном мире, а с нашим представлением о мире, который есть отражение и порождение другого мира, "Горнего", "Высшего" - т. е. мы имеем дело с нашим представлением лишь об отражении реального мира, главного и первичного мира, который есть мир идей. И этот высший и первичный мир идей непознаваем непосредственно нашими органами чувств. Органы чувств, воспринимая наш мир, воспринимают лишь следствия и отражения высшего мира - а мы посредством интуиции и разума делаем выводы: что же там, за гранью нашего мира, как выглядит то, что и у правляет нашим миром. И вот тут - свобода для фантазий. Философ выбирает те точки в реальном мире, на которых и строит основание своей философской конструкции - которая уходит вверх, в свободу и пустоту "непознаваемого чувствами". Любая философия вполне логична, стройна и законченна. От науки ее отличает то, что хрен ее опытом проверишь и физикой-математикой подтвердишь. Поэтому и астроном, и физиолог, и психиатр могут быть верующими людьми (см. "Вера и религия"), но когда речь заходит о сфере их компетенции, они только прощающе улыбаются: не дело религии лезть в то, чем занимаются они, здесь они сами с усами. А поскольку психология и космогония есть два края одной линейки - то в том, что начинается наукой и кончается наукой, нет места религии и идеалистической философии. Мир веры не пересекается с нашим реальным миром. Мир идей - это качественно иной мир, который может существовать только в сознании человека и с точки зрения человека. Наша же задача - показать человека в связях именно с реальным миром и реальной Вселенной, и понять и объяснить человека именно как естественную, органичную, неотъемлемую часть реального мира, реальной Вселенной. И в этом понимании мы не нуждаемся в искусственных подпорках, условных величинах и спекулятивных умопостроениях религий и идеалистических философий. Человек - он от мира сего, и все его мысли, чувства, поступки - от мира сего. А в мире сем устройство и функция человека; чувствова-тель - пониматель - делатель. А понимание включает в себя: осознать, проанализировать, уловить связи и закономерности, причины и следствия, связать с общей картиной мира, сделать выводы для практических действий. Познавая мир, человек и столкнулся давно с тем, что вроде бы все хотят одного, а получается то и дело другое. Все хотят счастливо жить и в общем представляют себе, как именно. А почему-то, из мелких и частных неистребимых желаний отдельных индивидуумов, получаются войны, убийства, разорения и прочее зло. Потому что Бог и Дьявол, сказали религии. Потому что борьба идей, сказали философы. Потому что зов любви, зов смерти, сублимация и замещение эмоций, сказали психоаналитики. Потому что человек энергоизбыточен и переделывает мир, сказал я. Добро и Зло означают: человек считает, что вот так должно быть, а вот так не должно быть. Это он считает на уровне своего разума и осознаваемых чувств. И вот все должное по уму и чувствам он в самой общей форме называет Добром, а недолжное - Злом. Но поскольку он энергоизбыточен и резко неравновесен с окружающим миром - он всегда сочтет что-то недолжным. Поскольку он энергоизбыточен и принципиально неравновесен с окружающим миром - он принципиально считает недолжным кое-что неотъемлемо присущее этому миру. Он принципиально несогласен кое с чем в этом мире - ибо он вечный переделыватель, в любых условиях и на все времена, пока не уничтожит эту Вселенную и не создаст тем самым следующую. Этот его инстинкт не контролируется разумом. Сам разум и есть этот инстинкт в его конечном и крайнем (на сегодняшний день) развитии, и призван именно обслуживать, реализовывать этот инстинкт - переделывать мир все активнее и эффективнее. Но преобразует Вселенную человек не потому, что выполняет долг. Преобразование Вселенной - побочный эффект его деятельности, с точки зрения человека. А действует он в своих интересах и из своих побуждений: голод, любовь, честолюбие, и вообще самореализация и самоутверждение. (См. Ч. 1, гл. 2, п. п. 3-6.) И Добро, и Зло имеют своим основанием стремление человека к максимальным ощущениям и максимальным действиям. Стремление это имеет единую природу - инстинкт жизни, принимающий вид инстинкта действия, - а форму добра или зла принимает в зависимости от мног их объективных и субъективных обстоятельств: кому что по плечу, какая историческая погода на дворе, каково соотношение рацио и вита в индивиде, как его воспитывали, куда он попал и т.д. Человек хочет и делает не то, что он по своему разумению должен был бы хотеть и делать, а то, что ему в результате и в сумме необходимо для получения максимальных ощущений и совершения максимальных действий. Как созидание и разрушение есть две стороны одной и той же потребности в действиях и изменениях, так добро и зло есть оценочное отношение к одной и той же деятельности человека - мироизменяющей. Человек разграничивает и противопоставляет добро и зло, как идеал и антиидеал бытия в совокупности его конкретных проявлений по отношению к себе. Понятно, что и добро и зло коренится в природе человека. Представление же о добре и зле коренится в несогласии человека с имеющимся миром - и в потребности иметь ориентиры в этом мире: для выживания, познания, сосуществования в общежитии, уяснении для себя мотивов своих действий и объяснении для себя самих своих желаний, которые разуму могут "не нравиться". Цитата
Рекомендуемые сообщения
Присоединяйтесь к обсуждению
Вы можете написать сейчас и зарегистрироваться позже. Если у вас есть аккаунт, авторизуйтесь, чтобы опубликовать от имени своего аккаунта.